Часть 1. НСК -> Стамбул
Часть 2. Стамбул -> Белград
Часть 3. Белград. Нови-Сад.
Часть 4. Белград -> Ужице.

Белград

Инерция биологических часов — страшная вещь. Хотя реальные часы показывали начало пятого, по внутренним уже было утро. Прислушиваюсь и понимаю причину пробуждения — по террасе за окном начал барабанить дождь.

Возможно, где-нибудь в деревне дождь воспринимается как нечто успокаивающее, но здесь, в царстве бетона, стекла и металла, тяжёлые капли звучали как метроном — суровый и неумолимый. Послушав пару минут этот ни разу не мелодичный стук, пытаюсь выбраться из одеяла.

Окружающий мир холоден. Конец февраля — это не тёплый летний дождь и не воспетая в ванильных песнях майская гроза. Это ледяной, пронизывающий до костей душ, который охлаждает едва прогревающийся днём до +10 градусов город обратно в минус. С возрастом я стал куда острее реагировать на перепады температуры — и сейчас это чувствуется особенно ясно.

Второй нюанс — отопление. Белград, с одной стороны, город суровой социалистической централизации, где в домах есть привычное для жителя exUSSR центральное отопление. С другой — южный город, где большую часть года нужнее кондиционер. Сейчас квартира грелась батареями, пульт от климы был заботливо спрятан, и, судя по ощущениям, где-то в недрах системы температуру принудительно выставили на +15. Этого явно не хватало, чтобы прогреть стремительно остывающий бетон. Некомфортно.

Собравшись с силами, вылезаю из постели. Закончив утренние ритуалы, задумываюсь, чем заняться. По плану я хотел выбраться в Церак-Виногради — южный район Белграда, где архитекторы на излёте СФРЮ попытались создать что-то немонументальное. Но дождь явно не способствовал этим намерениям. Опыт подсказывал: с таким накрапыванием даже с зонтом меня хватит максимум на полтора часа, а потом придётся возвращаться сушиться — и хорошо, если без последствий.

Впрочем, со мной ноутбук. Привычное окно консоли, просмотр фотографий, заметка в блог — всё это незаметно пожирает время. Чашка кофе рядом то наполняется, то пустеет. За наушниками звук дождя превращается в белый шум. В конце концов, я в отпуске и могу позволить себе несколько часов заниматься своими делами спокойно, без режима «срочно-немедленно-дедлайн-был-вчера».

Ближе к одиннадцати дождь стихает. Что ж, можно выйти пройтись и закупиться едой. Выхожу к рушевине Генералштаба Сербии — мрачному памятнику событиям четвертьвековой давности. Прохожу Милоша до Таковска, захожу в супермаркет, набираю продуктов. Возникает мысль заглянуть в пекару и взять что-нибудь из свежей выпечки.

Занятно: в месте постоянного обитания я почти равнодушен к хлебобулочным изделиям. Наверное, потому что сам формат пекарен в Сибири фактически мёртв. Государственное регулирование общепита практически уничтожило такие точки — горячая выпечка встречается разве что в магазинчиках при хлебзаводах или отделах супермаркетов. Формата «только что из печи» почти нет.

Поднимаюсь по Таковска — Белград холмистый, и сейчас дорога идёт вверх. Бесплатное кардио. Сворачиваю на Светогорска. Именно здесь два года назад для меня началась Сербия. На углу пекара, но слоек нет. Жаль, идём дальше. Улица почти не изменилась: тот же серый бетон, позориште (театр) на месте, где-то в переулке затаился бар с громким названием KGB.

Дохожу до Трг Републике. Всё на месте — даже националистическое граффити в туристической зоне. Сворачиваю на Теразије, заглядывая в каждую пекару по пути. Фоном маячит хотел Москва. Да, «славянского братства» и «славянской љубави» здесь с избытком. Наконец в «Хлеб и кифле» замечаю мрежицу са вишњом — слойку с вишней. Вот оно.

Свежая выпечка приятно хрустит. Тёплая начинка — почти божественна. Много ли нужно для счастья? Иногда достаточно слойки за 110 динара.

Возвращаюсь дворами в свой стан. В мессенджере пишет товарищ — предлагает встретиться. Он в Нови Саде, рабочий день. Ну, я в отпуске, почему бы не доехать. Захожу на сайт Србвоза — из эпохи Web 2.0, тем и прекрасен. План ясен: домой, оставить лишний груз и на железничку (вокзал).

Через двадцать минут выхожу из квартиры. До отправления ещё час, по карте идти около тридцати минут, но хочется провести разведку — завтра тот же маршрут предстоит ранним утром.

Пара кварталов вниз — и упираюсь в нетипичный для Белграда забор. Бич эрэфии и стран, побывавших под русским «правлением», — заборы. Большие, уродливые, непролазные: мы должны отгородиться от всех. Сербия, хоть и была социалистической, в этом плане мягче — здесь ограждения обычно куда изящнее. А этот бьёт по глазам.

Обхожу конструкцию — и всё становится ясно: Амбасада Русије. Помните фильм RED с Брюсом Уиллисом, где герой пил водку с русским послом? Там посольство выглядело как бруталистский ангар с забором. Казалось бы, клюква — но, увы, суровая реальность.

Дальше дорога идёт по холмам — бюджетное кардио без регистрации и СМС. На горизонте появляются «книжки»-многоэтажки на Филиповића. Значит, железничка рядом.

Подхожу ближе. Мост через пути, контактная сеть — всё электрифицировано. Здание вокзала свежее, явно нулевых годов, форма небанальная, вполне симпатичная. Рядом зона с «официальными» муралами — не сказать, что красивые, но надписи любопытные. «Дијалектичко прожимање супротности» — диалектическое проникновение противоположностей. Надо будет потом проверить перевод.

Внутри аккуратно. Покупаю воду в магазинчике, сверяюсь с билетом: с какого колосека (пути) отправляется мой воз (поезд)? Дорога короткая, но стоит зайти в уборную.

Мда, тут нам не Япония. Туалет встречает плотным никотиновым запахом. Граффити, отсутствие контроля, ощущение запущенности. Иногда к людям возникают вопросы.

Спускаюсь на перрон. До отправления около десяти минут. Поезд идёт с Земуна. Вокруг снуют люди, по соседнему пути проходит электричка рижского завода — до боли знакомая по exUSSR. Выглядит она так, будто устала жить эту жизнь: ржавая, исписанная граффити, повидавшая многое. Неужели нам на такой?

Пять минут до отправления — а поезда всё нет. Люди ходят по платформе, нервничают. Прохожу метров пятьдесят — и наконец вижу его. Вокзал большой, а состав всего из двух-трёх вагонов.

Stadler, в цветах нацпера, относительно новый. Захожу — и невольно испытываю зависть. Не слишком богатый Сербиявоз уверенно утирает нос пригородным перевозкам ЗС филиала РЖД. Устраиваюсь в мягком кресле, подключаюсь к местному вайфаю. Поезд трогается, пересекает Саву, за окном начинают мелькать блоки Новог Београда.

Хоть я и вижу высотки 23-го, 24-го и 28-го блоков не в первый раз, каждый раз они поражают своим абсолютно инородным видом. Кажется, что сейчас из-за башни выйдет страйдер, над головой пролетит вертолёт Альянса, а голос патруля заведёт свою шарманку: «Гражданин, вы обвиняетесь в несоответствии третьего уровня… Код». Когда-то, больше двадцати лет назад, Valve действительно ездила в туры сюда и в Софию, чтобы собрать материалы для арт-дизайна своих проектов.

Нови Сад

Пока городской пейзаж за окном сменялся предместьями, мне нужно было решить вопрос с транспортом внутри Нови Сада. Проблема в том, что местный муниципалитет за два года после трагедии так и не привёл вокзал в порядок, и основной городской станцией стал Петроварадин. Всё бы ничего, но от него до центра добрых пять километров. Беглое изучение ценника в Яндекс.Такси показало суммы без особого энтузиазма. Вторая беда — Нови Сад слишком мал, чтобы Google Maps рисовали внятные маршруты общественного транспорта.

Сербия к северу становится всё более равнинной. За окном мелькали бесконечные поля. Поезд бодро шёл к станции. Скоростные «Штадлеры» фактически превратили Нови Сад в дальний спальный район Београда — и, честно говоря, до некоторых окраин столицы добираться дольше, чем до Петроварадина.

Поезд остановился, и толпа хлынула на перрон. На выходе со станции дежурили надоедливые таксисты. Нет, сегодня 800 динар останутся при мне. Вышел на параллельную улицу, дошёл до остановки. Буквально за пару минут до моего появления ушёл какой-то автобус без номера. По моим данным, нужна была тройка. Ждём.

Наконец «климатично возило» (автобус с кондиционером) соизволило явить своё металлическое нутро. Загрузившись, расплатился с водителем. «Яблоку негде упасть» — конечно, преувеличение, но было тесновато. Рядом сидела пара с собакой в переноске; ей явно не нравилась переполненная железная колесница. Что характерно, пара оказалась русскоговорящей.

Вообще Сербия стала одной из стран притяжения для exUSSR. В чём-то схожий менталитет, относительно адекватные цены на жизнь, мягкий климат и понятные условия легализации. В итоге, гуляя по центру Белграда, примерно раз в десять минут между «Здраво» ловишь «Здравствуйте». Не люблю шутки про «N-скую область», но местами возникает ощущение, будто попал в одну из бывших республик.

Желудок напомнил о себе. Не состояние «кишка кишке колотит по башке», но уже то самое время, когда можно заточить плеску. Быстрогуглинг (который на самом деле заход в генеративку — но красивого глагола для похода с вопросом в ИИ пока не придумали) выдал несколько вариантов. Окей, что у нас оптимально по расстоянию и рейтингу?

Вышел на нужной остановке. Карты повели меня местными дворами, но это даже лучше — можно оценить город. В целом Нови Сад выглядел более презентабельно, чем Београд: массовая застройка здесь велась уже в независимой Сербии после 2000-го, архитектура привычнее глазу и чуть менее уставшая. Чуть менее — потому что то там, то тут попадались фактурные развалюхи, густо перемешанные с цивильными отремонтированными или новыми домами.

Наконец нужная едальня. Јеловник (меню), грчка салата (греческий салат), пљескавица (плеска), јабука сок (яблочный сок). Пятнадцать томительных минут — и можно подкрепиться. Теперь можно двигаться на встречу.

Центр города более югославский — серый бетонный брутализм без прикрас. Новый адрес — на главном перекрёстке, на дороге к железничке (железнодорожному вокзалу, закрытому) и автобуске (автовокзалу), откуда я уезжал в прошлый раз. Нужный подъезд — с остеклением, которое мне дико нравится. Захожу внутрь. Никак не привыкну к местной почти эшеровской архитектуре: проходишь пролёт — и внезапно оказываешься в кромешной тьме. Я понимаю экономию электричества, но не до такой же степени?

Наконец нужная дверь. Звонок — и я оказываюсь буквально в собачьих объятиях. Пёс по кличке Нора проявляет бурное желание познакомиться. Судьба у неё неординарная: щенком её выбросили в Грузии какие-то нелюди; волонтёры взяли на передержку; затем, преодолев бюрократию международной ветеринарии, её вывезли в Сербию через Турцию мои приятели. Для столь непростой истории Нора демонстрировала чудеса дружелюбия. Я бы сказал — на грани демонического бесоёбства, больше свойственного котам под валерьянкой.

Завязалась беседа. Наверное, есть особая ценность в связях, которые сохраняются вопреки расстоянию и времени — особенно если когда-то их породил рандом распределения в системе российского образования. Прошло уже больше двадцати лет — и мы снова здесь. Чувство похоже на случайно найденный трек, который когда-то заслушивал до дыр: вроде всё знакомо, но слышатся новые ноты, потому что мы сами изменились. Вот такие small talks мы любим, ценим и уважаем.

За чаем, разговорами и бесоёбством Норы (особенно впечатляло её взаимодействие со степенным котом ребят) незаметно проходят два часа. Время обратной электрички приближается. Нужно собираться. Такси из центра стоит уже более вменяемых денег (хотя в целом для реалий exUSSR в Сербии европейские тарифы), да и время поджимает. Заказываем.

Организм переходит в режим автопилота. Поезд не переполнен — удаётся найти место, после чего включается энергосбережение. Вокзал, знакомый путь через Делиградска, уже почти родной стан (квартира), бытовая рутина — и наконец тёплая постель.

Аггггллллаааяяяя!