Мне тридцать с лишним. Всё нормально.
Есть отпуск, пропуск и пароль.
И даже кризис экзистенциальный
Теперь записан как рабочий сбой.С утра упал продакшен, вечером — мораль,
Я снова поднимаю то, что рухнуло вчера.
Коллега снова прошлое торжественно достал
И объясняет молодым, как правильно тогда.Он помнит вкус пломбира, пионерский звонкий хор,
Хотя застал Союз примерно несколько минут.
Ему уютно думать: раньше был другой простор,
Где правильные люди правильнее живут.А я чиню систему, где опять потерян час,
Где будущее требует исправить каждый раз.
Я знаю: если сервис не проходит по ТЗ,
Возможно, дело в сервисе. А может быть — в ТЗ.Мне говорят: «Пора уже серьёзней выбирать:
Семья, машина, дети — всё положено иметь».
Но если это взрослость — научиться выбирать
Из списка только то, что полагается иметь?Я не по ГОСТу, не по плану,
Не по семейному уставу.
Мне говорят: «Ты станешь взрослой».
Я взрослой стала. Что мне стало?Я не по ГОСТу, не по плану,
Не помещаюсь в ваш чертёж.
Мне говорят: «Когда-нибудь ты
До нашей истины дойдёшь».Я столько лет училась всё упавшее чинить:
Процессы, базы, сервисы — проверить и поднять.
Но непонятно, как себя обратно подключить,
Когда нигде не пишут, что сломалось и опять.Вокруг давно размечен обязательный маршрут:
Работа, дом, машина, дети — правильный этап.
И люди точно знают, как приличные живут,
И каждый шаг заранее прописан в roadmap.А я смотрю на город, где давно известен путь:
Работа, магазин, квартира, снова по кольцу.
Но если это «жизнь» — нельзя ли где-нибудь свернуть?
Желательно направо. По указателю «Аэропорт».Я не по ГОСТу, не по плану,
Не по семейному уставу.
Мне говорят: «Ты станешь взрослой».
Я взрослой стала. Что мне стало?Я не по ГОСТу, не по плану,
Не помещаюсь в ваш чертёж.
Мне говорят: «Когда-нибудь ты
До нашей истины дойдёшь».В аэропорту я становлюсь чуть-чуть живей:
Здесь никому нет дела до отсутствия детей.
Здесь не спросят, почему не куплена квартира,
И не потребуют любить руины старого мира.Сдаю багаж, прохожу контроль,
Оставив на досмотре социальную роль.
И нелюбимый город уменьшается в окне,
И первый раз за месяцы спокойнее во мне.Там внизу остались «надо», «принято», «пора»,
Разговоры, как прилично человеку тридцать плюс.
А облака не знают ни начальства, ни двора,
Ни почему от правильного будущего грусть.В иллюминаторе — оранжевая нить.
Я не решила, как мне дальше, где мне жить.
Но на минуту между облаком и тьмой
Мне хорошо от права просто быть собой.Но самолёт садится.
Так заведено.
И город возникает
За мокрым стеклом.Я знаю, как всё чинят.
Как сервисы поднять.
Но как мне дальше жить —
Негде прочитать.Я не по ГОСТу, не по плану,
Не помещаюсь в ваш чертёж.
Мне говорят: «Когда-нибудь ты
До нашей истины дойдёшь».Но если ваша жизнь нормальна,
А всё другое — ерунда,
Зачем мне легче ненормальной
На высоте, чем здесь всегда?Мне тридцать с лишним. Всё нормально.
Есть отпуск, пропуск и пароль.
И только кризис экзистенциальный
Не закрывается как сбой.