#!/bin/bash
BDPORT=(1 2 3 4 5)
for SERVER in ${BDPORT[@]}; do
echo "testing port $SERVER";
sleep 1 | 192.168.100.150 $SERVER > log;
done

ЗЫ.: Обновлена ссылка, оригинальный официальный аплоад был забанен правообладателем.
Иронично, но пять лет спустя от оригинального поста (2026) имёл сомнительное удовольствие побывать в одном из хвалёных лечебных заведений бескрайней — в котором предсказуемо не смогли помочь — а самое главное — декор и состояние осталось ровно в таком стиле, как в документалке. Середина 80-ых — пусть и инерциально, но считаются «вершиной» «могущества» «страны» «Советов» — и есть очевидные вопросы к «ностальгянтам».

Будет ласковый дождь, будет запах земли,
Щебет юрких стрижей от зари до зари,
И ночные рулады лягушек в прудах,
И цветение слив в белопенных садах.
Огнегрудый комочек слетит на забор,
И малиновки трель выткет звонкий узор.
И никто, и никто не вспомянет войну —
Пережито-забыто, ворошить ни к чему.
И ни птица, ни ива слезы не прольёт,
Если сгинет с Земли человеческий род.
И весна… и весна встретит новый рассвет,
Не заметив, что нас уже нет.

Чьи это больные глаза,
Чья это тяжесть рук,
Срывающая тормоза.
Чей это вопля звук,
Кто это предо мной
В изъеденных временем зеркалах,
Улыбка нежности ледяной
Жалость. Страх.
Что ЭТО знает о себе,
Откуда ОНО здесь вообще взялось,
Почему только в мольбе
Крепится жизни-травинки ось.
За что всё это происходит с ним,
Что было сделано им не так,
И кто ведёт его среди острых льдин
Во тьмы мрак.

Ненависть — кровь любви
Хлещет за рваных ран края,
Буква одна горит
Я! Я! Я!
Я буду в сто раз упрямее,
Я стану в миллиарды раз злей,
В безжалости крематория памяти
Синиц сжигая и журавлей.
Никто не будет прощен мною
И я чужих слёз о себе не жажду,
Есть правило одно для всех простое —
Никто не живёт дважды.
А ты, которая со мной осталась,
Чья жизнь теперь привязана к ломаному грошу,
Сделай для меня ту самую малость,
Сделай так, как я тебя прошу.

Если вдруг завтра не станет меня,
Не заканчивай битву.
Ты прошепчи среди слёз и огня
Нашу молитву.
Если вдруг завтра не станет меня,
Белого хлопка
Одежды оденься последнего дня,
Жми на красную кнопку.

Куда течёт прозрачность моих глаз
Солёной патокой глубины воды,
Просачиваясь сквозь всех вас
Бездонными руслами пустоты.
Прекрасного сердца бьётся мышца,
Толкает к вечности пропасти.
Драться — первое чему надо было учиться,
Круша в себе хрусталя робости.
Без презрения, без сожалений
Брать всё, что нужно, чужие жизни ломая,
Не оставляя возможности для сомнений
В том, что любая душа
гнилая.

Я помню смех твой и стук под кожей
Я думал что твоя душа поможет
Но «привет Асмодей», я жгу свою плоть.
Ты знала.

Я часто видел ворон, что пили
Твою молодость и мои силы
Ты кричала меня, и наружу звала.
Мы пали

Мы пали жертвой моих сомнений
Мы пали жертвой моих желаний
Знать на что способна печаль.
Я сошел с ума.

Я помню в детстве она сияла
Но не момент где она пропала.
Я потерял мечту в поле призрачных грез.

Спаси, дай руку, дай суть
Я снова влюблен в тебя
2р.

Я снова здесь я снова вижу перья.
Стреляю в небо, а в ответ веселье.
Они смеются в ответ, я ненавижу их всех.
Улетайте!

Сколько лет я отравлялся ядом
Под их пылающим и тучным взглядом.
Мольбы о помощи нет, наверно я уже пал.

Спаси, дай руку, дай суть
Я снова влюблен в тебя
2р.

И ещё одно открытие дня — стихи хорошего, годного поэта из ЕКБ.

***

Я в детстве думал: вырасту большим —
и страх и боль развеются как дым.
И я увижу важные причины,
когда он станет тоньше паутины.
Я в детстве думал: вырастет со мной
и поумнеет мир мой дорогой.
И ангелы, рассевшись полукругом,
поговорят со мною и друг с другом.
Сто лет прошло. И я смотрю в окно.
Там нищий пьёт осеннее вино,
что отливает безобразным блеском.
...А говорить мне не о чем и не с кем.

***
Благодарю за всё. За тишину.
За свет звезды, что спорит с темнотою.
Благодарю за сына, за жену.
За музыку блатную за стеною.

За то благодарю, что скверный гость,
я всё-таки довольно сносно встречен —
и для плаща в прихожей вбили гвоздь,
и целый мир взвалили мне на плечи.

Благодарю за детские стихи.
Не за вниманье вовсе, за терпенье.
За осень. За ненастье. За грехи.
За неземное это сожаленье.

За бога и за ангелов его.
За то, что сердце верит, разум знает.
Благодарю за то, что ничего
подобного на свете не бывает.

За всё, за всё. За то, что не могу,
чужое горе помня, жить красиво.
Я перед жизнью в тягостном долгу,
и только смерть щедра и молчалива.

За всё, за всё. За мутную зарю.
За хлеб. За соль. Тепло родного крова.
За то, что я вас всех благодарю,
за то, что вы не слышите ни слова.

***
Я тебе привезу из Голландии Legо,
мы возьмем и построим из Legо дворец.
Можно годы вернуть, возвратить человека
и любовь, да чего там, еще не конец.
Я ушел навсегда, но вернусь однозначно —
мы поедем с тобой к золотым берегам.
Или снимем на лето обычную дачу,
там посмотрим, прикинем по нашим деньгам.
Станем жить и лениться до самого снега.
Ну, а если не выйдет у нас ничего —
я пришлю тебе, сын, из Голландии Legо,
ты возьмешь и построишь дворец из него.

***
В России расстаются навсегда.
В России друг от друга города
столь далеки,
что вздрагиваю я, шепнув «прощай».
Рукой своей касаюсь невзначай
её руки.

Длиною в жизнь любая из дорог.
Скажите, что такое русский Бог?
«Конечно, я
приеду». Не приеду никогда.
В России расстаются навсегда.
«Душа моя, приеду».

Через сотни лет вернусь.
Какая малость, милость, что за грусть —
мы насовсем
прощаемся. «Дай капельку сотру».
Да, не приеду. Видимо, умру
скорее, чем.

В России расстаются навсегда.
Ещё один подкинь кусочек льда
в холодный стих.
…И поезда уходят под откос,
…И самолёты, долетев до звёзд,
сгорают в них.